Мурашки по коже достались нам от предков с густой шерстью: как работает этот рефлекс и почему его включает музыка

Наследие предков

Звучит финальный аккорд любимой песни, и по спине вдруг пробегает волна холодка, а волоски на руках встают дыбом. Знакомо? Мурашки возникают без команды сознания и кажутся пустяком, но за ними стоит древний механизм, уходящий корнями к нашим густошёрстным предкам.

Как устроен механизм мурашек

Каждый волосок растёт из фолликула, к которому крепится крошечная гладкая мышца. Когда симпатическая нервная система получает сигнал холода, страха или сильного волнения, мышца сокращается, волосок приподнимается, а кожа вокруг него вздувается бугорком. Это и есть мурашки, или пилоэрекция. В 2020 году, как сообщал журнал Nature, гарвардские исследователи показали: симпатический нерв связывает эту мышцу со стволовыми клетками фолликула, поэтому холод заодно стимулирует и рост волос.

Зачем это было нужно предкам

У покрытых шерстью животных всё понятно. Вставший дыбом мех удерживает между волосками слой воздуха и лучше сохраняет тепло. К тому же взъерошенная шерсть зрительно увеличивает зверя: так делает кошка при встрече с врагом. У человека волосяной покров редкий, поэтому рефлекс почти утратил пользу, но нервные цепочки сохранились. Мурашки — своего рода привет из эпохи, когда мы были мохнатыми.

При чём тут музыка

Самое любопытное: мурашки вызывает не только холод, но и красота. Учёные называют это музыкальным ознобом. В 2001 году Анн Блад и Роберт Заторр с помощью томографии показали, что любимая музыка активирует зоны мозга, связанные с вознаграждением, — те же, что отвечают за удовольствие от еды. В 2011 году группа Валори Салимпур в журнале Nature Neuroscience зафиксировала выброс дофамина в момент пика переживания, а предвкушение любимого фрагмента включало соседнюю область полосатого тела.

Что запускает озноб

По наблюдениям исследователей, чаще всего мурашки приходят в моменты, когда музыка нарушает ожидания слушателя:

• неожиданная смена гармонии;
• резкий скачок громкости;
• вступление нового голоса или инструмента;
• кульминация после долгого нарастания.

Мозг постоянно предсказывает, что прозвучит дальше. Когда музыка то обманывает прогноз, то красиво его подтверждает, возникает эмоциональный всплеск, а следом откликается и тело. Дофамин дарит удовольствие, а симпатическая система включает древний рефлекс.

Почему мурашки есть не у всех

Музыкальный озноб бывает далеко не у каждого. В 2016 году Мэттью Сакс с коллегами обнаружили: у тех, кто переживает озноб, плотнее волокна, соединяющие слуховую кору с передней островковой долей и медиальной префронтальной корой — зонами, связанными с эмоциями. Иначе говоря, их слух теснее «дружит» с эмоциональными центрами. Другие работы связывают склонность к ознобу с открытостью новому опыту — чертой личности.

Роль химии мозга подтверждает эксперимент. В 1980 году Эйврам Голдстейн выяснил, что у части испытуемых налоксон, блокирующий опиоидные рецепторы, ослаблял музыкальный озноб.

Мурашки без музыки

Музыка — не единственный триггер. Озноб приходит от пронзительной сцены в фильме, торжественной речи, вида величественного пейзажа или момента, когда зал вдруг замирает в тишине. Психологи связывают такие реакции с чувством восхищения и сопричастности чему-то большему, чем ты сам.

Тело, которое умеет слушать

Мурашки — это редкий случай, когда древний рефлекс получил новую работу. Тело, созданное для защиты от холода и хищников, научилось отзываться на мелодию. Попробуйте в следующий раз поймать этот момент: что именно в песне заставило кожу ответить?